Семья ветеранов живет у шлюза, с которым связана их судьба. Стрельцовы Михаил Григорьевич и Галина Сергеевна живут и работают на шестом шлюзе водного пути Калининград – Черняховск 45 лет. Поражает красота живописного вида сооружения, добротность его постройки. Нежно-салатового цвета ряска покрывает воду на дне камеры шлюза, одиноко стоит лодка у двухметровой стены...
Галина Сергеевна раскладывает старые фотографии, вспоминает давние годы.
- Здесь все было выкрашено, трава у берегов выкошена, - рассказывает она. - За навигацию было по 400 шлюзований. А шлюзы приводились в движение вручную. День поработаешь, болят руки и ноги, но я радовалась, когда подходила баржа, радовалась тому, что нужна в таком важном деле, как судоходство. Экипажи каждой из семи барж, работавших в шлюзах, мы хорошо знали, общались, обменивались новостями. Когда баржи подходили, они гудели, и сейчас этот гул помнится как часть моей жизни. Какая жалость, что все это – в прошлом!
Электрические приводы на шлюзах были установлены лишь в 1990 году, а в 1992 году судоходство по каналу прекратилось. Два года только и радовались новому механизму.
На фотографиях Галина Сергеевна показывает самоходки, идущие с песком через раскрытые ворота. «Вента», «Быстрица», «Белая», «Луга»… Сейчас их уже нет. В 80-х годах в Калининграде планировалось построить несколько таких новых барж, но грянувшая перестройка не позволила этим планам воплотиться.
Тяжелый труд продолжался и зимой. Меняли уплотняющие брусья на воротах, ремонтные и строительные работы проводили от Знаменска до Черняховска, готовили канал к новой навигации.
- Когда начали воровать цветной металл, - рассказывает Михаил Григорьевич, - с технического участка приехали, сняли электрооборудование и отвезли на склад, демонтировав установку. Но мы периодически смазываем, промываем механизмы, чтобы поддерживать рабочее состояние шлюза.
Ответственность и трудолюбие Михаила Григорьевича и Галины Сергеевны было отмечено медалью «Ветеран труда», ведомственной медалью «Ветеран Волго- Балтийского бассейна».
- Жить и работать было нелегко, - вспоминает Михаил Григорьевич. – Город далеко, транспорта нет, а мне приходилось часто уезжать то на совещания, то по другим делам. Жена оставалась одна и вручную несколько раз в день открывала створы для проходивших судов. Это очень тяжелый физический труд. Да и других дел хватало: побелка, покраска шлюза, подстрижка травы.
- Работали мы честно, от души, - поддерживает супруга Галина Сергеевна. – Моя должность называлась – судопропускник, а на пенсию уже ушла в должности старшего судопропускника. Механизмы все из железа, и чтобы оно не ржавело, надо было все содержать в чистоте и порядке, все смазывать, чтобы исправно работало.
- А если у государства изменится отношение к речному судоходству, то можно ли снова восстановить движение по каналу?
- Конечно, - отвечает Михаил Григорьевич. – Землеройку пустить, глубины проверить, прочистить, но деньги нужны, а пока их даже на зарплату нет.
Сегодня от речной пристани до шлюза семья Стрельцовых держит большой напор воды, чтобы не зарастал и не заиливался канал. Периодически воду спускают, и снова -вручную…
…Тихо на канале. Когда-то при заходе судна в камеру шлюза ему подавали сигнал колоколом. Но колокол кто-то унес еще в середине 90-х годов. Но если прислушаться, слышно, как журчит вода, переливаясь через ворота. Канал еще жив. Пока жив.
